"Почему я пишу так коротко? Да потому что слов не хватает".
Сказал когда-то знаменитый острослов Станислав Ежи Лец, которому даже с небольшим количеством слов удалось сделать бОльший вклад в литературу, чем иным сочинителям многотомных романов.
Есть ведь особый жанр литературного творчества - законченная мысль, выраженная в самом лаконичном виде, достигшая предельной концентрации текста и контекста - афоризм. Часто они остаются для нас безымянными и порой только искушенным литературоведам по силам распознать скрытую цитату и установить авторство, а самые часто повторяемые афоризмы вливаются в народную речь и переходят в ранг пословиц и поговорок.
И ведь не определишь, чей статус выше... если по столь популярному ныне рейтингу цитируемости, - так бесхозная поговорка весомей авторской цитаты.
И все-таки есть профессиональные писатели, которые преуспели в трудном жанре афоризмов. Некоторые даже в этом узком секторе утвердили собственный стиль и формат. Как не вспомнить гарики Игоря Губермана, оригинальные одностишья Владимира Вишневского и неподражаемые миниатюры Михаила Жванецкого. Но самый знаменитый афорист XX века писал на польском языке.
Гениальный афорист
Станислав Ежи Лец известен как философ, писатель-сатирик, поэт, а еще - как дипломат и переводчик. Именно его заслуженно назвали единственным современным классиком афористического жанра. Им он стал после публикации в 1957 и 64-м годах двух небольших сборников сатирических сентенций под общим названием "Непричесанные мысли".
Если и была у Леца слава в родной стране, то эти книги принесли ему мировую известность. Их переводы разлетелись по всему миру и возглавили списки бестселлеров. "Мысли" Леца повторяли президенты, премьер-министры, канцлеры, парламентарии, и главное - их полюбил народ.
Востребованность его творчества хорошо иллюстрирует следующий случай: во время сессии ООН выступающий процитировал один из афоризмов Леца, слегка изменив его звучание, и тогда Генеральный Секретарь ООН поправил докладчика, точно произнеся текст.
Отменная точность мысли потрясает еще и тем, что высказанное когда-то кажется сочиненным здесь и сейчас: про наше время, про нашу страну, про наши порядки. Разве не про амурское наводнение 2013-го Лец сказал:
Закон физики: чем выше поднимается вода, тем больший вес приобретает человеческая жизнь.
Любителям дискуссий на темы религий и светской этики надо помнить о такой категории новообращенных:
Он был прогрессивным верующим. Соглашался, что человек произошел от обезьяны, но уточнял - от обезьяны, спасшейся в Ноевом ковчеге.
А вот точное наблюдение о мериле демократии и порядка в стране:
Как справедливее всего судить о каком-либо государстве? Проще всего - на основе его суда.
Слушая пафосные речи современных политиков, нет-нет, да и припомнишь:
Совесть у него чистая. Не бывшая в употреблении.
Или:
Культура была его страстью. Он преследовал ее повсюду.
А этот афоризм заставляет задуматься и признать его правоту:
Людям, как я заметил, нравятся такие мысли, которые не заставляют думать.
О себе Станислав Ежи Лец сказал:
Я провозглашаю столь старые истины, что человечество их уже не помнит.
И:
Меня называют мастером безвыходного юмора.
Нет оснований предполагать, что жизнь гениального острослова состояла только из наблюдений за нелепыми и забавными эпизодами.
В непростой судьбе Леца есть потрясающий случай. Вторую мировую войну он встретил 30-летним и написал о ней в автобиографии в своей манере:
Пору оккупации я прожил во всех тех формах, какие допускало то время.
Он дважды бежал из концлагеря, был приговорен к расстрелу, но спасся буквально с края могилы - сумел убить конвоира, переоделся в его мундир и все-таки бежал.
Несколько его афоризмов:
В некоторых источниках вдохновения Муза могла бы мыть ноги.
У людей вообще запоздалая реакция - понимание обычно приходит лишь к следующим поколениям.
Сходят с ума лишь те, у кого есть с чего сходить.
Слабая память поколений укрепляет легенды.
На человеческую память рассчитывать нельзя. На забвение, к сожалению, тоже.
А кто исследует отпечатки пальцев на пощечине?
Бывает, свиньи презрительно хрюкают, обращаясь к пастуху: "Подумаешь, свинопас!"
Он - это сплошная пустота, до краев наполненная эрудицией.
Людям, как я заметил, нравятся такие мысли, которые не заставляют думать.
Человек - побочный продукт любви.